Впереди разворачивалось огромное событие. Таким событием был Гломадрон. Это нечто видимое, но не слышимое. Походило на фрактального ежа с наперстками. Наперсток за напёрсточком собирал Гном, идя за ежом - за Гломадроном. Еж время от времени фыркал на него. Испускал ароматы всякие, изменял фрактальную структуру. Расширялся до гигантских размеров, и сжимался меньше песчинки или крошечки в бороде после завтрака...
И Гном собирал этот блаженный нектар, вытекавший из ежа, в напёрстки. Всех напёрстков он не мог унести. Руки было всего две, и только два напёрстка с нектаром он мог держать. А под ногами их много валялось... И Гном пожелал сто рук. И даны были ему руки. Он собрал сто наперстков и наполнил их нектаром Гломадрона. И ему стало тяжело их держать. Потому что он всё время шел за ежом, и нектар, то и дело, расплескивался где-то. И ему приходилось собирать новый, что-бы все напёрстки были полны. А пока он наполнял один напёрсток, из другого вытекал нектар. Гному это надоело, он заорал и раплескал весь нектар, взмахнул всеми руками, и раскидал напёрстки по всему пространству. Гломадрон захихикал. А Гном заплакал. И когда вся вода вышла из него, он упал, обессилел, он больше не мог идти за ежом. Гном остановился. Гном думал, что если он остановится, то потеряет Гломадрона. Не сможет больше получить нектар. Но не тут то было! Гломадрон не пытался уйти от Гнома.
Гном с великой радостью обнаружил, что они вообще не двигались. Просто ёж так фрактализовывался, изменялся, что казалось, будто он движется. А Гном всё время топтался на месте.
Теперь сто рук радостно хлопали в ладоши. И Гном танцевал. Выплясывал песню, которую пел Гломадрон. И эта песня была нектаром для Гнома.
И Гном собирал этот блаженный нектар, вытекавший из ежа, в напёрстки. Всех напёрстков он не мог унести. Руки было всего две, и только два напёрстка с нектаром он мог держать. А под ногами их много валялось... И Гном пожелал сто рук. И даны были ему руки. Он собрал сто наперстков и наполнил их нектаром Гломадрона. И ему стало тяжело их держать. Потому что он всё время шел за ежом, и нектар, то и дело, расплескивался где-то. И ему приходилось собирать новый, что-бы все напёрстки были полны. А пока он наполнял один напёрсток, из другого вытекал нектар. Гному это надоело, он заорал и раплескал весь нектар, взмахнул всеми руками, и раскидал напёрстки по всему пространству. Гломадрон захихикал. А Гном заплакал. И когда вся вода вышла из него, он упал, обессилел, он больше не мог идти за ежом. Гном остановился. Гном думал, что если он остановится, то потеряет Гломадрона. Не сможет больше получить нектар. Но не тут то было! Гломадрон не пытался уйти от Гнома.
Гном с великой радостью обнаружил, что они вообще не двигались. Просто ёж так фрактализовывался, изменялся, что казалось, будто он движется. А Гном всё время топтался на месте.
Теперь сто рук радостно хлопали в ладоши. И Гном танцевал. Выплясывал песню, которую пел Гломадрон. И эта песня была нектаром для Гнома.